Нам с мужем по тридцать лет. У нас нет детей, и в ближайшее время мы их не планируем. Мы не чайлдфри, просто сейчас к отпрыскам не готовы. Удивляют люди своей бестактностью.
— Роды — единственное предназначение женщины!
Ага, женщины же ни на что больше не способны — только зачинать и рожать, рожать и зачинать.
— Только рёбенок может женщину сделать женщиной!
А я сейчас кто? Мужчина?
— Вам на старости лет некому будет стакан воды подать! — Кто вас в старости кормить будет?
Вы для чего детей рожаете? Чтобы им дать что-то или чтобы забрать?
— Вот муж встретит другую, она залетит, и останешься ты и без детей, и без мужа!
— Только ребёнок может дать вам смысл жизни и счастье!
Если так, то почему в детдомах столько брошенных детей? Родители не смогли сразу справиться с таким количеством счастья?
— Нужно рожать! Китайцев уже вон сколько! Нас должно быть больше!
А я думала, зачем люди рожают? Оказывается, чтобы китайцев переплюнуть.
И классика жанра:
— Вы эгоисты! Вы даже не можете честно сказать, что просто не хотите детей!
А разве мы когда-то говорили о другом?
Люди! Я не навязываю вам свою точку зрения не прошу вас делиться радостями счастливого материнства. Это смахивает на назойливую рекламу, после которой товар покупать уже и не хочется.
Я родилась в большой семье: у меня четыре брата и шесть сестёр. Когда я об этом рассказываю, сразу же начинается поток одних и тех же вопросов:
— Приёмные? — Не, все родные. — Сводные есть? — Нет, у нас одна мама и один папа. — Близнецы тогда? Тройняшки? — Нет ни тех, ни других. — А вы русские? — А по мне не видно? — Верующие? — Не больше остальных.
Есть такие, которые с ужасом в глазах представляют себя на моём месте и сочувственно качают головой. Нет, не надо мне сочувствовать — нечему. У нас в семье всё хорошо. Мы взрослые, устроившиеся в жизни люди. Представляете, брат или сестра могут быть лучшими друзьями. Мы ничего не делим между собой, потому что у каждого из одиннадцати есть всё, что надо.
Есть и люди, которые восклицают: «Здорово!» Правда, ни один из них ни разу не сказал, что тоже хочет воспитать много детей.
Не надо искать подвохов. Моя семья — плод любви двух человек. Порадуйтесь за нас.
Я люблю играть в MMORPG. Есть те, кто задалбывает с самого начала — это многочисленные рекрутёры. Ну не хочу я в гильдию, мне нравится бегать одной, изредка собираясь в группы с подругой, сестрой и товарищами. Нет, мне не интересны войны за территорию. Нет, мне не интересны рейды. Я ношусь, как лось, по миру, сую нос в разные закутки, получаю люлей от высокоуровневых монстров и начинаю всё сначала.
Как ни странно, задалбывают и согильдяи. Я имею привычку играть персонажами мужского пола — так сложилась судьба, что одежда и внешний вид женских персонажей меня просто раздражают. Я не являюсь поклонником бронетрусов и бронелифчиков, это вопрос чисто вкусовой. Говорю о себе в таких ситуациях я тоже в мужском роде, поскольку суровый и бородатый «дед Макар», говорящий в женском, смотрится несколько странно. Общение с согильдяями происходит нормально, но только до первого голосового контакта. За кого меня только не принимали!
— Ты чё, гей, что ли?
Да, мой пра-ативный, вот сижу и думаю, как бы тебя при личной встрече совратить. Тебе не пофиг ли?
— Там что, эмо-тусовка?
Да, вы по голосу мастерски смогли определить, что играет тринадцатилетний эмо-кид. Персонаж — здоровенный дядька по имени Рафаэль, ничем не похожий на малохольный эмо-идеал.
— Рафаэль, ты черепашка? — Э-э... Нет, я человечек.
Вот каждый, каждый желает спросить, черепашка ли я ниндзя. А ничего, что ещё художник такой был? Имя, блин, такое есть, распространённое.
— А ты правда девушка? — Нет, блин, я трансвестит. — А почему тогда за парня играешь?
Я рада была объяснить это в первый раз. Во второй. Но вы уже человек десятый, это спрашивающий. Хочу я, нравится мне больше!
Один вообще закатил форменную истерику, начал пугать меня коллапсом личности и шизофренией. Дорогой товарищ N.! То, что я говорю о себе в мужском роде, не значит, что я считаю себя парнем. Это всего лишь привычка. И вообще, почему парни могут играть женским персонажем, а я мужским — нет?
У моей коллеги всегда и на всё есть свое мнение. «Прекрасно», — сказала бы я, если бы она не считала его единственно правильным.
Когда я попросила предупредить коллег о том, что меня не будет на работе в связи с учёбой, коллега сказала: «Конечно, передам». Через пару дней меня искали чуть ли не с собаками. На вопрос, почему она не предупредила, последовал ответ: «Я подумала и решила, что лучше не предупреждать, потому что у нас в отделе так не принято». Думай поменьше, пожалуйста!
Товарищи, просто слов нет передать. Работаю в этой конторе всего ничего, но с первых же дней слышал трескотню от девушек, сидящих в офисе, о необходимости установки кондиционера: «Вот жара! Тут дышать зимой нечем, а летом тем более. Уф, как печёт!» Пока не освоился, молчал в тряпочку, да и установку кондиционера я поддерживал.
О чудо — появились монтажники, которые угрюмо оповестили об установке оборудования. И понеслось!
— А вы можете не сверлить? Я шума боюсь!
Об стену! Об стену! На худой конец просто выйди на улицу, пока ребята сверлят.
— Может, его повесить не на стену?
Тут нашёлся монтажник. Психанув, бросил инструменты на пол, крикнул: «Сама ставь куда хочешь, дура!» — и пошёл курить.
— А что обозначает эта кнопка? А эта?
Инструкция лежала под локтем.
— А почему пульт не включает? — Во-первых, батарейки вставь, во-вторых, мы ещё сам аппарат не распаковали, — сказал монтажник и, вытирая пот и покачивая головой, оглядел всех мужиков в офисе, которые сложились пополам.
Дождались: первый запуск.
— А почему на меня дует? — А на меня постоянно дуть будет? — Сделайте поменьше! — Ну, это же холодно…
Закончится испытательный срок — уволю на хрен! А в трудовой так и напишу: «Уволена за недоразвитость ума, ограниченность мышления и срыв двух рабочих дней вопросами о кондиционере».
Появился у нас в компании новый сотрудник с жуткой привычкой коверкать имена и раздавать прозвища. Зовут меня Ольга, но для него я — Лёлик. Ещё есть Натусик, Анютка, Николаша, Даниэлочка и Алмазик. Бесятся все!
Я вообще не переношу, когда меня Лёликом называют. Меня в жизни называли так только двое мужчин: отец и научный руководитель. Так вот, этот товарищ, раздающий прозвища, не понимает ни черта, на уговоры не поддаётся, на хамство в ответ не реагирует и способ общения менять не собирается. В общем, Коленька, как же ты нас всех задолбал!
Как же задолбали эти «братья по чаю»! Объясните мне кто-нибудь, почему я, работая в финансовой дирекции крупной и солидной компании, должен делиться чайными пакетиками?! Мои коллеги, видя на столике кружку с заваривающимся в ней пакетиком, тут же утаскивают его себе. Да, минуты вполне достаточно, чтобы окрасить воду в цвет чая, а то, что завариваться он должен минимум три минуты с расчётом один пакетик на одну кружку, это уже не важно!
Ума не приложу: солидные вроде люди, а такое жлобство вокруг чая. Я понимаю, все мы рождены при «совке», но ведь дефицита уже нет. Достали — перехожу на листовой чай, буду заваривать прямо в кружке.
Мои любимые и глубокоуважаемые коллеги! Если мы работаем в небольшом коллективе объёмом в пять человек, и я единственный (за исключением шефа) счастливый обладатель автомобиля, то это не даёт вам права эксплуатировать нас. Я работаю не шофёром — у меня другая профессия.
Объясните мне, пожалуйста, на каком основании я вынужден высчитывать дни, когда вам предстоит ехать по личным нуждам (например, за вашей долбаной косметикой марки «Кот в мешке») и приходить пешком, потому как в противном случае меня ставят в известность, что меня уже отпросили «ненадолго, буквально минут сорок, съездить» прямо с порога?
Почему я должен вас возить пусть даже и по служебным делам? На справедливый вопрос о бензине я слышу ответ: «Иди к шефу». Да это надо не мне! Везти нужно вас по заданию, которое шеф дал вам, и уж меня-то никак не тревожит, как вы это будете делать.
Наконец, самое-самое! Алёнушка! Если на улице ветер (дождь, метель, грязь, полный пипец), это отнюдь не означает, что я кинусь подвозить тебя до дома в другую часть города! Я женатый человек, я хочу домой к моей доченьке! Ах, что в этом такого?! А не ты ли, милочка, выгнала мужа за то, что твоя подруга видела его в машине «с какой-то сучкой» (о чем ты поведала всем в радиусе 20 км). А ведь «сучка» тоже была его сотрудницей, и он всего лишь её подвозил. Ах! У неё репутация?! А ты давно о своей-то репутации слышала? Даже если 90% — неправда, этого будет достаточно.
Коллеги, я с удовольствие подвезу вас, если нам по пути. Но это не означает, что настал момент сесть на шею! Я трачу деньги на горючее и содержание своего автомобиля. А если машины у вас нет — тратьте деньги на такси и общественный транспорт. Долой халяву! Хотите ехать — отвезу по расценкам местных таксистов.
Отношение посетителей и коллег с укороченным рабочим днём к такому понятию, как обед, удивительно фривольное. У меня ненормированный рабочий день — бухгалтерия, знаете ли. Мы можем задержаться и до утра, если случается глобальный финансовый катаклизм. Если не задержимся — народ не получит зарплату, умрёт с голоду, а семеро по лавкам останутся без последней корки хлеба. Разумеется, никого не будет интересовать, что я сидела на работе до морковкина заговенья.
На двери висит табличка с указанием приёмных часов и обеда. Но кого это волнует? У тебя во рту непрожёванный бутерброд? Ты впервые за день решил расслабиться и полез проверять почту? На столе дымится чашка свежезаваренного кофе? Тунеядец! Быстро выплюнь хлеб насущный, отодвинь чашку и посмотри, что я тебе принёс! Бумажку! Ну и что, что оформлена не так, как надо? Я что, обязан читать всякую вашу глупую информацию на всяких ваших глупых стендах, которые расставлены на каждом углу нашего офисного здания?! Как это — не примешь?.. Кофе остыл, бутерброд уже не лезет в горло, да и какая там почта? До конца обеда пять минут.
Или ещё лучше. Проникновенное: «Ой! У вас обед?» Удивительно, да? Табличка на двери висит исключительно в декоративных целях. «Ой, простите ради бога! Просто я уже ухожу, а тут такой вопрос...» Разумеется, я-то не ухожу, мой рабочий день может длиться бесконечно, зачем мне какой-то идиотский час отдыха? Не сахарная, не растаю. И сидит мил человек рядом с тобой на стульчике, неодобрительно поглядывает на покрывшуюся корочкой льда чашку кофе и решает свои вопросы. У него рабочий день уже заканчивается — не задерживаться же ему из-за потребностей твоей ненасытной утробы. Можно было бы закрыть дверцу на ключик, но тогда пришлось бы целый час содрогаться от слоноподобных попыток покорить неприступную дверь и возмущённых стуков: «А почему закрыто?!»
Честно? Я уже даже не пытаюсь обедать. Просто продолжаю работать, не обращая внимания на часы. Потому что не было ни единого дня (ни единюсенького), чтобы хоть кто-то решил свято соблюсти приёмные часы. Разумеется, раз в год случается истерический вопль «У нас обед!» и захлопывание двери перед носом очередного «на минуточку забежавшего». Не то чтобы хочется кушать — организм уже привык. Просто задолбали.