На прошлой неделе подала в банк заявление на перевыпуск карточки. Операционистка заверила меня, что срок изготовления — пять дней, но карта может быть готова и на четвёртый. Прихожу ровно на пятый день.
— Ваша карточка ещё не готова. — Как так? Ведь срок изготовления пять дней. — Да, обычно пять, но со сменой фамилии может быть и все десять вообще-то, — сказала девушка таким тоном, будто констатировала факт нашего пребывания на планете Земля. — И как же мне быть? Мне не очень удобно к вам сюда каждый день ездить. — Вот вам телефон — звоните на всякий случай. — Хоть ориентировочно-то когда? — Не знаю.
Действительно, ведь только такая неумная, как я, могла не догадаться, что по правилам арифметики этого банка 5 = 10 + N в уме. Спасибо тебе, о великий работодатель, за то, что вынуждаешь получать зарплату в таком чудесном банке: как не обратишься, каждый раз косяк.
Жарко. Маленькая комната, три окошка и касса. Шесть стульев и три стола. Десять человек с бумажками в руках. Дайте ребёнку такие фигурки, и он красиво и аккуратно расставит всех так, что между ними будет расстояние минимум полметра. Так почему же вы, мадам, прилипли к моей спине, как улитка к листу, кряхтите и цокаете мне на ухо?! Полшага в сторону — и мы будем чувствовать себя комфортно. А ещё лучше присядьте, ведь все стулья свободны. Все видели, что вы стоите за мной, и вежливо позовут вас, когда наступит ваша очередь. Нет же, враг не пройдёт! Особенно в те нанометры, которые разделяют меня и вас. А ещё лучше, когда я в четвёртый раз отступаю в сторону, чтобы не чувствовать ваши потные руки, сдвигаться на то же расстояние, что и я, будто мы танцуем танго.
И ещё. Если у вас вдруг срочные дела, не рассчитывайте, что в нашем отделении банка вы сделаете всё за минуты. Да, мне надо не только снять деньги, но и заменить сберкнижку, а ещё заказать карту, предварительно объяснив служащей, для чего она мне нужна, выслушав её и узнав, что ещё мне могут предложить. Вы хоть и тяжелее меня в два раза, но не сдвинете от окошка ни на сантиметр, пока я не сделаю всё, за чем пришла. Задолбали!
Работаю кредитным консультантом — выдаю кредиты на товар в известной мультибрендовой сети. Задолбали шибко умные клиентосы с вопросами: «А есть кредиты, чтобы вообще не переплачивать?» Банк, по их мнению, за что работает? За печенюшки?
Вы платите таксисту за извоз, а сантехнику за ремонт крана. Выдача денег в долг — такая же услуга, и бесплатно этого делать никто не будет. Дорого? Чего ж вы ожидаете, растягивая выплату на три года? Раздражает меня обьяснять это по пятьсот раз и в итоге выслушивать претензии, что мы вас, дескать, обмануть пытаемся.
Работа с должниками — вот где реально задалбывают постоянно. Сложилось и устоялось впечатление, что логику народ игнорирует полностью, а вместе с ней и здравый смысл.
Два дня подряд у нас практически жила одна тётка непонятного возраста с ребёнком лет трёх. Долг её немаленький, копиться начал не год и не два назад, а раньше; где и за что — не суть. Что она делала у нас два дня? Я так понял, что хотела урегулировать вопрос и реструктуризировать свой долг. На самом же деле бегала со своим отпрыском на руках, сопровождая это непрерывными соплями в четыре ноздри и криком в обе глотки. Сегодня этот симбиоз двух гигантских колоний клеток добрался до меня, пройдя даже приёмную Самого Главного, до которого мне как китайцу пешком до Антарктиды.
Остапа понесло: она решила написать Самому Главному заявление. Пять раз её перо касалось девственных плоскостей чистых листов, пять раз эти листы летели в мусорку, не добравшись до заголовка «заявление». В конечном итоге я решил набрать бумагу на компе — грубо говоря, донос на себя самого. Через три минуты получил по мозгам от начальства.
И так каждый день: бумага, сопли, слюни, начальство — и опять по кругу.
Недавно собрала со всего дома мелочи. Полночи считала — вышло 70 рублей. Ну, думаю отнесу в банк, поменяю на нормальную наличность.
Хрен! Сначала выяснилось, что в заявление надо вписывать паспортные данные. Я попёрлась домой за паспортом. Вернулась, написала, постояла полчасика в очереди. Когда добралась до кассы, барышня из окошка рассказала, что для процедуры обмена необходимо собирать комиссию, которая берёт не меньше 50 рублей за услуги.
Во-первых, не могла она об этом сказать раньше? Во-вторых, сколько же им железа надо притащить, чтобы отсутствие процента не было заметно? Грузовик?
Задолбали клиенты с завышенным самомнением! Что происходит с людьми? Откуда берётся этот снобизм?
Работаю кассиром в банке в Кривом Роге. Сегодня зашла мадам с намерением обменять потёртые жизнью 20 долларов (1990 года выпуска, кстати). Тут, как назло, подвисла программа. Решаю перезайти, а это требует времени: пароли, авторизация и т. д. Вежливо прошу девушку подождать. Через пару минут она приносит своё бренное тело ко мне.
— Ну что там у вас, уже всё работает? — Да, давайте попробуем сейчас снова. — А почему не работало? — Видите ли, иногда происходят сбои в системе, и программа зависает. Такое случается.
Ответ был произнесён наичистейшим бл@дским голосом с ма-а-асковским акцентом:
— Такое случается только в провинциальных городах!
Работаю координатором службы поддержки систем «банк-клиент». Решаю серьёзные проблемы, иногда консультирую клиентов.
Примерно четыре месяца назад с клиентами, работающими со всем известной бухгалтерской системой, возникли проблемы, решение которых затянулось. Бухгалтерская система не понимала документ-комиссию на 15–20 рублей и пересчитывала клиенту суммы в выписке. После выяснилось, что проблема не с нашей стороны, и дело было передано сотрудникам по работе с клиентами, для того, чтобы они разъяснили ситуацию.
Проходит ещё месяц, я уже и думать забыла о той проблеме. Утро. Читаю почту, занимаюсь своими делами. Звонок:
— Здравствуйте! — Здравствуйте. — А что там с двадцатью рублями? — Э-э-э. Я не понимаю, о чём вы. — Ну, двадцать рублей, помните?
Несколько минут потребовалось, чтобы сообразить, что это та самая проблема. Я не должна различать по голосу каждого клиента (у нас их тысяч пять) и не должна помнить, у кого какие проблемы. А клиентскому отделу, если они действительно не известили клиента о решении, — незачёт!
Я уже год учусь за границей, в Финляндии. Не так далеко, казалось бы, от родины, но условия тут совершенно другие. Многие русские, приехав сюда в первый раз, считают всех финнов отмороженными: «Что это он тупит? А побыстрее нельзя?» Да, они не особо торопятся, но делают всё чётко и качественно — вам не придётся десять раз приходить в один и тот же офис, исправляя и уточняя какие-то мелочи.
Вы зашли в банк, а там в очереди десять человек перед вами? Вы спокойно берёте талончик и садитесь ждать. Никто не клянёт судьбу и «тупых девиц», которых понабрали тут, а системой пользоваться толком не научили.
Вчера подбегаю купить бутерброд (учёба через пять минут начинается, опаздывать нельзя), а продавца нет на месте. Я спокойно жду, пока она подойдёт. С улыбкой отдаю деньги, получаю сдачу и бегу на пару. К чему это я? А к тому, что у меня не возникло ни капли злости на отсутствующего продавца. Мне не захотелось кричать на весь магазинчик: «Задолбали! Где ж вы, блин, ходите?!» Аж самой удивительно, но в стране, где все уважают друг друга и готовы подождать лишние пять секунд, жить одно удовольствие.
Через месяц мне возвращаться на родину, а весь мой патриотизм куда-то делся. Смогу ли я выжить без годами накопленной злости на всех и вся?
Я пришла в банк, чтобы досрочно погасить немалую часть кредита. Я это уже делала и знаю механизм. На мне голубые джинсы, розовое пальто и голубой шарф — выгляжу откровенной блондинкой. Работница банка значительно моложе меня, но в униформе.
— У вас день списания пятого числа, мы все равно не сможем сейчас засчитать.
Пробую объяснить, что пятого я не смогу прийти хотя бы потому, что платёж проходит в середине дня, а я работаю.
— Я напишу заявление и положу деньги на счёт, а вы пятого спишете.
Это чудо природы смотрит на меня с видом крайнего превосходства:
— А у вас есть карта?
Как я могу платить кредит без карты, если касса больше не принимает платежи, и деньги можно положить исключительно через банкомат?
— Да, у меня есть карта.
Наверное, мои слова кажутся ей глупыми, потому что собственная значимость в её взоре увеличивается.
— А вы знаете её пин-код?
Пауза. Мой муж, молодой блондин в костюме-тройке и длинном пальто, давится со смеху. Я судорожно ищу нужные слова, улыбаюсь сладко:
— Девушка, мне тридцать, у меня два высших технических образования, я кандидат технических наук. Я плачу кредит вашему банку уже два года, из которых полтора это можно сделать только через банкомат. Разумеется, я знаю пин-код моей карты.
Зачем ей понадобился код, кому и что она хотела доказать, я так и не поняла. Девушка со скрипом сделала то, что от неё требовалось, но всё равно допустила ошибку, не указав, что я вношу деньги без учёта ежемесячного платежа...
